[Воскресное] Одноэтажная Россия: Бирск, Башкирия

Вслед за многоуважаемой Anisiya делюсь своими текстами о маленьком старинном городке России, где, как странно это ни звучало б, русским духом еще пахнет. Бирск с его 46 тысячами душ народонаселения, конечно, сильно уступает в возрасте Козельску, но место и впрямь интересное. Чуть ниже - все пять выпусков авторской моей колонки "Взгляд со стороны", выходившей в местной газете "Победа" летом 2015 года.

О Бирске и бирянах

Говорят, что всем без исключенья людям не безынтересен взгляд со стороны. Поэтому в редакции "Победы" родилась идея материала о Бирске и бирянах глазами "понаехавшего" из Уфы. Причем понаехавшего не проездом, а почти на ПМЖ.

К тому моменту, как впервые оказался в Бирске в мае 2010 года, я уже успел слегка вкусить свой крестьянской "физией" богемной жизни в многомиллионных мегаполисах - Москве, Санкт-Петербурге, Киеве. Но это и не означало, впрочем, что старинный купеческий городок на Белой был воспринят как несносный образчик презренной периферии. Ибо мне уже тогда была понятна и близка невыразимая поэзия одноэтажных местечек на карте России. Равно как близка и несколько парадоксальная точка зрения о том, что маловато быть туристом, чтобы полноценно путешествовать и познавать окружающий мир. Чего не маловато, спросите?

Немало будет именно уметь на время где-либо остановиться в своих странствиях. Найти жилье, работу. Пусть и временно, а все же встроить себя в жизнь местного сообщества экономически, культурно и ментально. Без снобизма и поверхностности. Максимально уважительно и с пиететом, так сказать. А далее имеющий глаза и уши все увидит и услышит.

Если бы мне пару лет назад сказали, что я перееду в Бирск и буду обживаться здесь, наверное, сильно удивился бы. Однако неисповедимы жизненные тропки, и вот, схватив с собой семью, в марте 2015-го я лечу на север, что твой дикий гусь.

Пусть между Уфой и Бирском лишь сотня километров разницы географической, но в жизненном укладе эта разница, пожалуй, шириною в пропасть. И отнюдь не в пользу миллионного города. Судите сами.

Первое. Архитектурная среда Уфы беднее, как ни странно, бирской. Потуги на современность из бетона, стали и стекла по умолчанию вторичны, если ты катаешься по городам и весям и способен к элементарным сравнениям. Архитектурное наследие в лице ошметков деревянного зодчества и каменных особняков купцов и фабрикантов столь диссонирует, не согласуется с уфимским ритмом жизни, что проще, кажется, от них избавиться. В Бирске те же островки старины виднее, зримее. И здесь реально можно ощутить дыхание дореволюционной России с ее знаменитыми ярмарками и масштабной торговлей зерном, и мощной православной традицией. Короче говоря, дыхание самой Истории. Вдобавок, подозреваю: если бы каких-то полстолетия назад мощнейший комплекс нефтехимии и нефтепереработки был возведен не чуть северней Уфы, а сильно северней, то Бирск с нынешней столицей нашей республики поменялись бы местами. И по промышленному потенциалу, и по числу народонаселения, и по всем остальным параметрам вплоть, кстати, до проблем с экологией. В общем, география не всегда приговор, и многое решает сознательный выбор людей. Выбор что делать и как развиваться.

Второе. Что касается людей и в целом социального ландшафта. Как-то проще с этими неторопливыми людьми. И как-то здоровее он, этот ландшафт, в отдельно взятом бирском случае. Намного тоньше пресловутый социальный слой паразитической накипи, столь свойственной большим городам. В несравненно большем здесь почете спортсмены, люди рабочих профессий, учителя. Да и в целом биряне по меньшей мере собеседника привыкли слушать. Слышат не всегда, но слушают, как правило. И хочется лишь пожелать им быть чуть легче на подъем. Никогда не помешает.

Бросилось в глаза и то, как в Бирске устроено бизнес-сообщество. Без далеко идущих выводов, но всё же: понятие конкуренции к такому небольшому городку едва ли применимо. Всяк сверчок знай свой шесток. Всё, так сказать, поделено на сферы влияния, обговорено, и все работают спокойно, без конфликтов интересов. Уникальная ситуация, прямо скажем. Со своими плюсами и минусами.

Напоследок я, возможно, удивлю немного, рассказав одну житейскую историю. Просто чтобы уважаемый читатель понимал, чем Бирску навсегда обязан лично я. Итак, в одной из прошлых своих жизней занимался музыкой. В плане, как и швец, и жнец, и на дуде игрец. Почти всё фигача собственными силами и в то же время привлекая к производственным процессам через Интернет десятки иностранцев. И не тратя на всё про всё почти ни копейки. Договариваясь. Как-то раз стоял на месте у меня один рэп-альбом, а доделать его не было возможности. Тогда-то встретился мне старый друг Витёк Москвин, ходивший в тот же детский сад, который посещал и я в конце 80-х. После школы мой дружище переехал в Бирск, прижился. А весной 2010-го договорился насчет студии да выдернул меня в соседний город, где за два моих приезда легендарный дядя Саша Насретдинов из городского ДК бесплатно записал недостающую треть альбома. В сущности, помог поставить точку в многомесячной работе. Позже, кстати, где-то в пригородах Лос-Анджелеса вышел в свет CD… впрочем, это уже совсем другая история.

А ты мне нравишься, город Бирск. И этого достаточно.

А так я выглядел в 2010-м.

Июньский моцион. Часть I

Нет ничего сверхъестественного в обычной прогулке по городу, в котором ты живешь всю жизнь.

И тем сложнее мне, приезжему, найти в этой прогулке что-то интересное для местного читателя. И тем, одновременно, проще: у меня же взгляд со стороны! Сквозь призму жизненного опыта, в котором Бирск, увы, лишь эпизод, мой этот взгляд способен выхватить нюансы и акценты неожиданные, непривычные.

Итак, одним чудесным днем в июне я в компании фотографического аппарата выхожу из дома, дабы побродить по стародавним бирским улочкам. Но до них еще идти порядком: за спиною остается 180-й квартал, справа 124-й, я фланирую по Лермонтова, Миллионной. А вот стайка полицейских (так и просится сказать "городовых"!) неспешно разбирают бытовую закавыку, суть которой не узнать теперь. Навстречу мчат, а то и обгоняют ребятишки на велосипедах. В травке на обочинах зевают кошки. Коммунальщики стригут деревья, впихивая ветки-сучья в повидавший виды грузовик. И улыбаются глазами, видя предающегося праздности меня, прохожие. Вальяжно расчехляю фотокамеру, щёлк-щёлк! Пересекаю улицы Пушкина и Мичурина, в который раз отмечая архитектурную прелесть этаких объектов, как местный детский дом, библиотека.

На улице Красноармейской поворачиваю вниз. Мой Canon, словно сам собой, все чаще выгрызает зернышко за зернышком фактуру бывшего уездного городка, выхватывает живописный хаос бирских крыш. Дощатые фасады небогатых двухэтажных домиков. Элементы прихотливой кирпичной кладки домиков, когда-то, в XIX столетье, слывших фешенебельными. Замечаю: отовсюду, чуть не изо всех концов виднеются златые купола, венчающие Свято-Троицкий собор, визитную карточку Бирска. Хоть, что называется, в натуре, хоть намеком, ярким отсветом, их золото всегда в контексте здешней атмосферы. Придает всему какую-то особенную целостность и завершенность. Словно путеводная звезда, ведущая усталых путников домой.

На перекрестке же с Никольской старый город, что твоя шкатулка с драгоценностями, открывает еще больше непричесанной шершавой красоты, в которой и немой укор колоколен Михаило-Архангельского храма, и бетонная хрипотца монументальных зернохранилищ, и визуальная многоголосица июньской листвы. Шагаю по Никольской, не сворачивая в центр города намеренно. Сегодня у меня другая цель.

И оной, так или иначе, добиваюсь, снова скатываясь вниз по склону на Большой Сибирской. Кстати, очень греют душу слухи, что старинный торговый путь из европейской части РФ за Урал в скором времени возродится: дескать, стороною Бирск не обойдет грандиозная транспортная магистраль Москва – Пекин, ключевое звено глобального Нового Шелкового Пути. И это вкупе с рокадной железнодорожной веткой на меридиональном направлении могло бы сделать сонный городок довольно динамично развивающимся. Разве что придется расплатиться собственным патриархальным бытом за такие новые возможности. Готовы ли биряне?

А пока биряне думают, я шлепаю всё ниже по тенистой летней улице…

Июньский моцион. Часть II

Иисусу нашему Христу приписывают афоризм "Будьте прохожими". Причем, на мой взгляд, понимать это имеет смысл как буквально, так и прямо противоположным образом.

Буквально: каждый человек является мерилом всех процессов и вещей вокруг себя, и многим стоило бы научиться не вникать в вопросы маловажные, второстепенные. Во все, что отвлекает нас от главных проклятых вопросов. От труда, любви и счастья. Верно и обратное: никто из нас не существует в социальном вакууме, и вникать (не быть прохожим!) есть необходимость.

Вот я и вникаю. Вот что вертится в моей голове, пока ноги заняты тем, что с Никольской сворачивают на Большую Сибирскую. И, не пройдя и двух шагов, я просто ахаю по поводу архитектурных черт старинного кирпичного здания, вмещающего ныне школу №3. Жемчужина старого Бирска и только-то. "Щёлк!" - со мной согласен фотоаппарат. Шагаю дальше. Ниже.

Перефразирую средневековую поговорку: в Бирске все дороги ведут в Низ. Да-да, не "вниз" (хотя и это тоже), но и в Низ, район у набережной, что за Галкиной горой. И это неспроста, ведь Белая-река, торговля и зернохранилища кормили город испокон веков. Да и нынче, регулярно скидывая в инстаграм картинки этих зданий эпохи стимпанка, то и дело сталкиваюсь с восклицаниями знающих толк в подобного рода недвижимости иностранцев. Дескать, если эти здания стояли бы на берегах не Белой, а вот тех же, например, Гудзона, Темзы, Рейна или, на худой конец, Невы, Москвы-реки, они бы очень быстро были переделаны в "элитное жилье в стиле лофт", многофункциональные культурные центры и типа того.

Низ я оставляю справа, по понтонному мосту иду в Забелье. Фотографирую перспективу в южной стороне, слегка завидую мальчишкам, что ныряют в воду прямо тут же, примечаю бакены и одинокие моторки да разглядываю вскользь прохожих. Посидев на том берегу, насчитываю дюжину студенток, что торопятся к автобусной остановке, спешат по своим деревням. Бреду обратно по мосту и поворачиваю в Камешник.

Изрядно поэтичное название, не правда ли? С чего бы им был назван сей район живописных трущоб, не знаю даже. Ну не знаю и не знаю. А пока с открытым ртом я крадусь вдоль погрузочных кранов и хозяйственных построек речного порта, бирские "фавелы" манят и затягивают. Я и углубляюсь в частный сектор, с наслаждением плутаю в оном. Фотоаппарат работает без продыху.

И тут встаю как вкопанный. Казалось бы, обычный деревянный дом, пусть даже и многоквартирный. Необычно в нем бесценное узорочье традиционной русской резьбы по дереву. Бесценное настолько, что словами не опишешь. Фото прилагаю. Просто пиршество для глаз.

Вокруг разобранные "жигулята", детвора на великах, водоколонки. Землю белыми коврами устилает тополиный пух. Каждый второй домик щурится на юг тарелками от "Триколор-ТВ". Пересекаю район до окраины и захожу в тупик, ведь дальше только огороды, а за ними только бельские просторы. А я так надеялся, что где-то рядом есть подъем на Соколок.

Подъем находится неподалеку. И какой! Роскошная деревянная лестница змеится вверх по склону, вспарывая пышную июньскую зелень. Навстречу семенит молодая мамочка с двумя мальцами, рядом пламенеют маки в чьем-то палисаднике. Я жадно оборачиваюсь и разглядываю с высоты холма оставшийся внизу пейзаж. И знаете, он мне запомнится. От сих и впредь.

Запомнится, как всё, что Бирск нам передал из глубины веков. В отличие от многих прочих городов России, стерших походя свое блистательное прошлое в бездарной суете и веренице дней.

О мобильности, о миграции

Моя сегодняшняя колонка будет короткой. Так, ньюсмейкером недавно выступил аж сам Сбербанк России, допустивший повторение событий декабря 2014 года в конце 2015-го.

Согласно прогнозу Центра макроэкономических исследований СБ РФ, опубликованному на сайте банка 20 июля, на российском валютном рынке в IV квартале 2015 года возможен шок на фоне резкого роста волатильности пары евро-доллар. К чему готовиться бирянам? Запасаться солью, спичками и прочим? Что ж, не будет лишним. Ведь жирок подкожный, что был скоплен россиянами за тучные года, заметно истончается. Растет процент просрочек по кредитам, режутся зарплаты. Я же указал бы на еще одно возможное последствие финансовых штормов.

Чем дальше, глубже и бескомпромисснее развитие в России рыночных институтов, тем больше будет возрастать и уровень мобильности сограждан. Мы все чаще, со все большей готовностью будем срываться с насиженных мест в поисках лучшей доли. Ибо у Капитализма есть второе имя - Кризис. Кризисы неизбежны, а стало быть, патриархальный жизненный уклад в России будет разрушаться бурными волнами внутренней, причем не только трудовой, миграции.

Поэтому бирянам стоит быть готовыми к прибытию в любимый город, так сказать, на ПМЖ не только лишь всех, но существенных сотен и тысяч уфимцев, пожелавших бы укрыться от финансовых проблем там, где потише. Там, где жизнь чуть дешевле. Экология чуть лучше. Да и вообще, грядет тот день, когда Россия осознает самое себя отдельным континентом, требующим долгого кропотливого освоения.

Обживать повторно Материк Россия? Это будет увлекательнейший квест. Тот романтичный драйвер роста, которого жаждут. То, что мы увидим в каждом уголке большой страны. И в Бирске тоже.

Если жить не спеша

Хочется затронуть лишний раз такую тему, как Бирск и Время, а точнее бытовое восприятие бирян столь эфемерной, философской субстанции.

В бытность свою недорослем - в смысле, что подростком, юношей и молодым холостяком - в попытках обрести под солнцем свое место я в Уфе все время натыкался на людей, которым то ли не было уютно от моей неугомонности и жажды новизны во всем, а то ли я даже не знаю что.

И лишь сейчас я понимаю, глядя на себя тогдашнего глазами нынешними, что все взрослые в подобных случаях испытывают смешанные чувства: сожаление о днях минувших, ностальгическую грусть, немного белой (или даже и не белой) зависти по отношению к юнцам, слегка спесивое "плавали - знаем!" и проч.

Так или иначе, мячик, посылавшийся на половину поля собеседника, там же и терялся. В зарослях некошеной травы необязательности, лени и инфантилизма. Все мои идеи оставались лишь прожектами, забалтывались в беспредметных дискуссиях, откладывались на потом, кормились завтраками, послезавтраками. И я однажды осознал: еще одной зимы в Уфе не вынесу. Пустился наутек в Москву, там не понравилось, и год спустя вернулся. А еще через полгода - автостопом в Киев. Там понравилось, но слава Богу, жизненные обстоятельства примчали мою буйну голову назад, в Россию. Как там говорится? Не попробуешь - не узнаешь.

В мегаполисах мне нравятся и ритм жизни, и возможность многовариантной занятости. Выбор социальных ниш - как в супермаркете. А также легкость на подъем и быстрота принятия решений. Но лишь с возрастом приходит понимание, что эти скорости, эта спрессованность Времени сами по себе не стоят и медного чоха, ведь они являются своеобразными столовыми приборами. Основное "блюдо" - человеческое счастье - пребывает в совсем другой плоскости. И крайне редко - в больших городах. В то же время я не призываю к дауншифтингу (то бишь уходу на нерегулярные интернет-заработки с почесыванием пуза на Гоа и Бали). Ведь, во-первых, у каждого свой рецепт счастья. Во-вторых, это банально. В-третьих же, одноэтажная Россия словно параллельная Вселенная: она притягивает и зовет. И в ней ты, если постараться, Человек. Не статистическая единица.

Тогда к чему все эти пространности? Да к тому, что когда бирский общественный транспорт перемещается со скоростью пешеходов, простаивая на некоторых остановках по 2-3 минуты, я нимало не страдаю, как когда-то в юности. Когда приходится обещанного в Бирске месяцами ждать, я просто хмыкаю и занимаюсь чем-нибудь еще. Когда я слышу "мы тебе перезвоним", уже не принимаю то за вежливую разновидность выписанной турпутевки в пешее эротическое, а помню: это Бирск и это его нравы. Это норма. С этим можно жить. В конце концов, не зря общеизвестный, многими любимый перс Омар Хайям писал:

Кто понял жизнь, тот больше не спешит,

Смакует каждый миг и наблюдает,

Как дождь идет и как снежинки тают.

В обыкновенном видит красоту,

В запутанном простейшее решенье,

Он знает, как осуществить мечту,

Он любит жизнь и верит в воскресенье.

Что же, в Бирске люд здоровый, верующий. И он верит: воскресение настанет!