Николай Гоголь: Невский проспект
Главный герой этой повести Николая Васильевича Гоголя (1809-1852) - писателя, которого Владимир Набоков назвал "самым необычным поэтом и прозаиком, каких когда-либо рождала Россия", - вовсе не застенчивый и робкий художник Пискарев или самодовольный поручик Пирогов, а сам Невский проспект. Он - лицо Петербурга, его сердце и его душа. Невский проспект, блистающий огнями и манящий причудливыми вывесками; Невский проспект, живой, "непостижимый" и "всемогущий"; Невский проспект - "все обман, все мечта, все не то, чем кажется!". Эта книга - авторский проект петербургского художника Михаила Бычкова, выдающегося иллюстратора, тонко чувствующего и тщательно изучившего гоголевскую эпоху. Игра света и тени, спор всплесков цвета и полутонов - и вот он, Невский проспект, собственной персоной…
- Покупатели 13
"Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге . " (Гоголь, "Невский проспект")
Во всем произведении Гоголя мне кажется лишним только это дополнение - "по крайней мере в Петербурге".
Выдающаяся книга! Я счастлив обладать ей.
Стыдно признаться, но в школе я не очень-то проникся величием Гоголя, хотя долгое время наизусть помнил "чуден Днепр. ". Вероятно, помешала школьная обязательность Гоголя.
И вот однажды, в.
"Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге . " (Гоголь, "Невский проспект")
Во всем произведении Гоголя мне кажется лишним только это дополнение - "по крайней мере в Петербурге".
Выдающаяся книга! Я счастлив обладать ей.
Стыдно признаться, но в школе я не очень-то проникся величием Гоголя, хотя долгое время наизусть помнил "чуден Днепр. ". Вероятно, помешала школьная обязательность Гоголя.
И вот однажды, в каком-то книжном магазине, я начал читать "Невский проспект". Для меня оказалось неожиданным, что композицию из камня, каналов, брусчатки и прочих материалов можно так оживить. Невский проспект (который я тогда еще не видел) представлен живым организмом. У него, как оказалось, есть дневной ритм; его обитатели появляются в строго назначенное для них время. Такого я еще не читывал.
"Начнем с самого раннего, когда весь Петербург пахнет горячими только что выпеченными хлебами и наполнен старухами в изодранных платьях и салопах, совершающими свои наезды на церкви и на сострадательных прохожих. Тогда Невский проспект пуст: плотные содержатели магазинов и их комми еще спят в своих голландских рубашках, или мылят свою благородную щеку и пьют кофий; нищие собираются у дверей кондитерских, где сонный ганимед, летавший вчера как муха с шеколадом, вылезает с метлой в руке без галстуха и швыряет им черствые пироги и объедки. По улицам плетется нужный народ . В это время обыкновенно неприлично ходить дамам, потому что русской народ любит изъясняться такими резкими выражениями, каких они, верно, не услышат даже в театре. В 12 часов на Невский проспект делают набеги гувернеры всех наций с своими питомцами в батистовых воротничках. "
Угораздило же меня родиться во второй половине двадцатого века! Когда я читаю это, я чувствую себя несчастным человеком. Где этот язык? Где эта размеренность и основательность? Хотя я все же счастлив, что довелось застать Невский проспект советской эпохи, когда петербуржский говор еще не ограничивался одним только "поребриком"!
Я влюблен и в Невский проспект, и в "Невский проспект". И в его создателя и в его гениального исследователя! Теперь, оказываясь в какой-нибудь столице, я вновь и вновь констатирую, что сердце мое принадлежит Невскому проспекту (да простят меня Париж, Лондон и др.). А из за страниц изощренных интеллектом и вооруженных замечательной литературной техникой писателей (да простят меня Кафка, Джойс и др) неумолимо проступает Гоголь (согласен с Вами - и Достоевский)!
Очень рад получить "Невский проспект" в таком замечательном исполнении. Благодарю издательство за профессионально сделанную работу. Потрясающе. Все к месту, все с умом.
До сего момента мне не приходилось читать "Невский проспект" с иллюстрациями. Откровенного говоря, я и не нуждался в них. Гоголь живописует так, что возникающие в Вас образы очень интимны и противятся влиянию извне. Но признаюсь, что эту книжечку я купил именно из-за иллюстраций. Совершенно замечательные иллюстрации! Мне пока трудно сказать (дайте подумать), насколько они точны (ровно настолько, насколько вы увидите в них собственные ассоциации). Могу только сказать, что они представляют самостоятельный интерес и не противоречат тексту. Ладно, не буду себя сдерживать. Я очарован.
Ай да Питерцы, ай да молодцы! Я давно заметил, что во всех областях у них всегда найдется что сказать, сделать, сыграть, исследовать, . совсем по новому. Я мог бы привести здесь список (отнюдь не ограничивающийся Гергиевым да Перельманом) их достижений. Представитель каждого ремесла (я так говорю о любом виде деятельности) может найти для себя образец для подражания среди питерцев. Но я, кажется, начал уклоняться от темы. Просто книга меня потрясла настолько, что я потерял самообладание.
Выставил высшие оценки во всех категориях. Настоятельнейшим образом рекомендую к покупке.
PS: моя жена, делавшая для меня изображения, не могла остановиться и сфотографировала почти всю книгу. Не в силах сделать выбор я просто стал удалять их почти случайным образом. Уверяю Вас, в этой книге "каждый квадратный сантиметр - чудо" (модификация одного фрагмента из Уолта Уитмена) Скрыть
Рискую прослыть начальником транспортного цеха, но мне снова нужно добавить кое-что (в отличие от героя Жванецкого - по собственной инициативе).
Это произведение читал не раз, а потому за многие годы у меня сформировались кое-какие зрительные образы Невского проспекта Гоголевских времен, но они значительно беднее приведенных в книге. Теперь, при содействии Михаила Бычкова, у меня все выстроилось окончательно. Все недостающее я нашел у него. Больше мне не нужно никаких иллюстраций!
Рискую прослыть начальником транспортного цеха, но мне снова нужно добавить кое-что (в отличие от героя Жванецкого - по собственной инициативе).
Это произведение читал не раз, а потому за многие годы у меня сформировались кое-какие зрительные образы Невского проспекта Гоголевских времен, но они значительно беднее приведенных в книге. Теперь, при содействии Михаила Бычкова, у меня все выстроилось окончательно. Все недостающее я нашел у него. Больше мне не нужно никаких иллюстраций!
Но этим не заканчивается. Какой-же умница тот человек, который догадался перед собственно текстом поместить его фрагменты, желая выделить как раз то, о чем я писал в первой рецензии - смену публики, появляющейся в строго определенные для нее моменты. Впервые в жизни со мной такое: читаю первую страницу, переворачиваю и. вдруг оказываюсь на Невском. А получилось это из-за довольно крупных размеров книги и из-за того, что за этой первой страницей художник дал целый разворот, на котором изображен Невский с первыми его посетителями. И это чудо повторяется несколько раз для разных времен дня.
Но особенно меня впечатлили последние два разворота (изображения 13,14 в первой рецензии), отличающиеся только тем, что на одном вы видите кареты, а на другом - современные автомобили. "Не заблуждайтесь," - как бы говорит нам Михаил Бычков - за внешним блеском и переменой декораций по-прежнему вы обнаружите множество несбывшихся надежд и сбывшихся разочарований". И тут я представляю, как Николай Гоголь кивает Михаилу Бычкову головой.
Чтобы почувствовать нечто подобное нужно сразу после чтения текста потратить несколько секунд на первый разворот и тут же перейти ко второму. Это нужно, чтобы текст не успел оторваться во времени от иллюстраций.
А каковы примечания на полях! Всякий ли знает отчего рубль называется рублем? А полтинник? На полях вас поджидает много интересного! Я бы, пожалуй, добавил еще одно. В самом деле на стр. 35, в абзаце, посвященном выходу гувернанток и гувернеров с питомцами, Невский проспект называется Гоголем педагогическим Невским проспектом. Возникает впечатление, что педагог это то же, что гувернер. Однако, следующий абзац начинается так: "Но чем ближе к двум часам, тем уменьшается число гувернеров, педагогов и детей". Возникает подозрение, что педагог не сводится к гувернеру. Видимо, Гоголь употребляет слово "педагог" в древнегреческом смысле, там педагогом назывался дядька, который ведет дитя в школу. В абзаце с гувернерами неявно предполагается, что эти педагоги присутствуют с очевидностью. Разумеется, это лишь гипотеза.
Несмотря на мой абсолютный восторг я, все же, отмечу один момент (правда, очень дискуссионный), касающийся самого текста. Вероятно, читатели моей первой рецензии обратили внимание, что вместо "шоколад" я написал "шеколад", а вместо "галстук" - "галстух". Я это сделал умышленно, но не решался акцентировать ваше внимание на этом. Дело в том, что я читал вариант текста прошлого века и привык именно к нему. В этой же книге таких "опечаток" вы, к сожалению, не найдете.
Для подробного изучения вопроса пошел в очень большую библиотеку и заказал около десятка "Невских проспектов" издания 20 века, но как можно более старых, и все их просмотрел. И что же? Оказалось, что во всех этих книгах напечатано так, как у "Речи". Так что формальных поводов для критики издательства у меня не оказалось. Правильно, но . неверно!
Я считаю, что коль скоро художник дал картины Петербурга времен Гоголя, то и текст нужно было дать оригинальный. Тут-то и начинается самый дискуссионный момент. Я лично считаю, что оригинальный текст с годами приобретает дополнительный шарм. Но можно рассуждать и иначе. Если уж стремиться, чтобы впечатление от текста создавалось аналогичное тому, что испытывали от него современники Гоголя, то нужно освободить его от анахронизмов. Однако, если так рассуждать, то и Достоевского придется переделывать. Я против.
Понимаю, что это технически сложно, но все же обращаюсь к "Речи" с предложением. Если вдруг случиться Вам переиздавать эту книгу, то нельзя ли все-таки издать ее так, чтобы и текст был тех времен, кои изображены на иллюстрациях.
Но вы меня не слушайте, поскольку я всегда цеплялся за старину. Например, всю жизнь пишу черными чернилами (неизменно ручкой фирмы PARKER). Вы также могли заметить, что в моих рецензиях нет значков вроде :). А еще я говорю "коришневый" вместо "коричневый" и не употребляю "wanna" and "gonna". Вот и не слушайте.
Лучше поторопитесь купить эту выдающуюся книгу! Такого издания я не видывал. Бесценный подарок любителю Невского проспекта во всех его ипостасях! Скрыть