С. Рыбаков. РУССКАЯ ПЕСНЯ. ИСТОРИЯ СОБИРАНИЯ

Иностранные писатели еще XVIII столетия отмечали некоторые черты нашей песни, подтвержденные позднейшими работами русских исследователей. Штелин (см. выше) отмечает, что пение гораздо более развито в русском народе, чем инструментальная музыка; он находит в пении русского народа одну только мелодию, разнообразно варьируемую, но остающуюся неизменной. Очевидно, что он мало вслушивался в характер русских народных мелодий и впал в ошибку мало развитых музыкально людей, которым напевы чуждой народности все кажутся похожими друг на друга.

О русской пляске и музыке упоминается далее в сочинении Bellermann’a «Bemerkungen über Russland in Rücksicht auf Wissenschaft, Kunst, Religion und andere merkwürdige Verhältnisse» (Эрфурт, 1788). В 12-м письме он говорит о русской пляске, народных инструментах и пении. Русский человек, по словам Беллерманна, поет почти постоянно. Крестьянин поет как за полевой работой, так и в кабаке; солдат — во время похода и в лагере; извозчик и почтальон — во время езды; впрочем, последние больше свистят, чем поют. Инструменты служат больше для сопровождения пения, чем для самостоятельной игры. Русское народное пение, — говорит Беллерманн, — просто, безыскусственно и не имеет больших изменений. Народные песни почти не имеют уклонений в чуждые тональности. Почти все или начинаются в миноре и заключаются на терцию от основного тона, в мажоре, или начинаются в мажоре и оканчиваются на сексте, в миноре. Большинство песен столь однообразно, что не знающие музыки принимают их все за одну и ту же. Единство пения распространено в большей части России. Так, например, народная песня «Белолица, круглолица» одинаково поется русскими в Риге, Ревеле, Петербурге, Москве, Сибири и пр.

О русских песнях, музыкальных инструментах, обрядах и играх писал также в конце XVIII в. англичанин Guthrie 3 , проводивший параллель между русскими и греческими древностями, в том числе песнями. В конце сочинения Гютри приложены, между прочим, изображения русских музыкальных инструментов и ноты нескольких русских народных песен: протяжной (рядом с которой помещена ода Пиндара, вероятно, для сравнения), хороводной, подблюдной, свадебной, плясовой, цыганской («Во поле береза стояла»), пастушеской и малороссийской протяжной. Рассуждения Гютри о русских песнях лишены самостоятельности и нового для вопроса о русских песнях в XVIII столетии почти ничего не дают; даже его греческие параллели внушены Прачем. Самое интересное у Гютри — вышеупомянутые приложения.

Есть упоминание о русской пляске и пении также в роскошном издании с иллюстрациями (в красках): Charles de Rechberg, «Les peuples de la Russie, ou description des moeurs, usages et costumes des diverses nations de l’empire de Russie, accompagnée de figures coloriées» (П., 1812). В этой книге есть небольшая глава «Danse russe», с иллюстрацией, на которой изображены танцующие крестьяне под аккомпанемент игры на балалайке и пения, причем певец держит открытую ладонь с боку рта, для большей силы голоса.

Древние российские стихотворения, собранные Киршей Даниловым. Издание А. С. Суворина

Переходя к рассмотрению сборников русских песен в их хронологической последовательности, мы будем иметь в виду главным образом сборники песен с мелодиями. Первым опытом собирания произведений народного творчества в XVIII столетия является, по-видимому, сборник былин и др. народных произведений Кирши Данилова, который, судя по предисловию Калайдовича (2-е изд., 1818), был списан в 30-х или 40-х годах XVIII в. для Прокофия Акинфиевича Демидова.

Первый сборник собственно песен дал в 1770—74 гг. (в СПб.) М. Д. Чулков, под названием «Собрание разных песен», в четырех частях. Второе издание этих песен (без имени Чулкова), в шести частях, известно под названием «Новиковского песенника». В сборнике Чулкова заключались как сочиненные песни (тогдашних авторов), так и песни чисто народные, очень многочисленные и хорошо записанные, с сохранением особенностей народного произношения. Этот сборник имел обширное распространение и может считаться родоначальником размножившихся впоследствии песенников, которые и до нашего времени фабрикуются для народа в Москве, на Никольской, в огромном количестве экземпляров.

Первым сборником русских песен с нотами можно считать «Собрание русских песен с нотами» (СПб., 1776—79; 62 песни, на два голоса) неизвестного собирателя, вовсе не понимавшего, чем ценна народная поэзия. Рядом с народными здесь есть сочиненные песни, очень плохие и часто неприличные.

Гораздо больше понимания народной поэзии обнаружил следующий по времени собиратель, Прач, сборник которого носит заглавие «Собрание русских песен с их голосами» (1 изд., 100 песен, 1790; 2 изд., 150 песен, 1806; 3-е изд., 1815 г.; 4 изд., 1896 г.). В предисловии Прач дает характеристику нашей народной поэзии и высказывает предположение о ее музыкальном происхождении (от греков). Часть мелодий записана с большой тщательностью, но в других чувствуются искажения (может быть, самые мелодии были уже искажены в народе, под влиянием городов). Гармонизация совсем не подходит к духу песен, сделана в западноевропейском духе и далеко не часто может назваться удачной.

Далее по порядку времени следуют «Древние российские стихотворения» Кирши Данилова. В 1893 г. найден г. Чеховым, в библиотеке князя М. Р. Долгорукова, полный список утраченной рукописи этого сборника. В настоящее время готовится новое, полное издание сборника Кирши Данилова, причем мелодии будут воспроизведены цинкографически, на точном основании рукописи, что весьма важно ввиду сомнительности нот в печатных изданиях, где напевы воспроизведены по исправлениям Шпревича, наставившего несвойственные народным песням бемоли и диезы. Тогда будет больше данных, чтобы разобраться в вопросе о народности напевов сборника, подвергнутой в последнее время, хотя, по-видимому, неосновательно, сомнению (см. «Русское Обозрение» за 1897 г., № 6, ст. г. Е. Ш.: «По поводу одного музыкального издания», а также Шеффера, «Заметки о сборнике Кирши Данилова», СПб., 1898).

П. В. Шейн. Великорус в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах

В 1836 г. начал выходить обширный труд Сахарова: «Сказания русского народа о семейной жизни своих предков», третья книга которого посвящена песням святочным, похоронным, плясовым, свадебным, семейным, разгульным, удалым, солдатским, казацким, обрядным, колыбельным, без мелодий 4 . Собиратель отчасти заимствовал песни из прежних сборников, между прочим, Чулкова, к которым, однако, относится строго (нередко несправедливо), делая поправки и улучшения (с его точки зрения) в народных текстах. Значение его собрания уже в 40-х—50-х годах очень упало.

В пятидесятых годах текущего столетия появился крайне оригинальный собиратель русских песен, Павел Иванович Якушкин. В 40-х и начале 50-х годов Якушкин собираемые им песни предоставлял в собрание песен Киреевского, а позже печатал их от своего имени («Русские песни, собранные П. Якушкиным», СПб., 1860; «Народные русские песни из собрания П. Якушкина», 1865). В его наблюдениях было много новизны и непосредственности; его собрание песен — одно из самых ценных.

Почти одновременно началась деятельность П. В. Шейна, пользующегося теперь большой известностью среди исследователей русской народной поэзии. Его собрания великорусских и белорусских песен — самые обширные из всех частных собраний (см. «Русские народные песни, собранные П. В. Шейном», Москва, 1870). В 1898 г. появился первый том его обширного собрания великорусских песен в издании Императорской академии наук: «Великорус в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах и т. п.».

С 1860 начало появляться собрание русской поэтической старины П. В. Киреевского. Он собирал песни еще в 30-х годах этого столетия, но не мог получить разрешения печатать их — так пренебрежительно относились к народной поэзии в правящих классах до 50-х—60-х годов. «Песни, собранные П. В. Киреевским» изданы Обществом Любителей Российской Словесности (М., 1860—1874).

В тридцатых годах вышел обширный сборник песен: «Русские народные песни, собранные и изданные для пения и фортепиано Даниилом Кашиным» (М., 1833; 2-е изд., М., 1841: книга 1-я — песни протяжные, книга 2-я — песни полупротяжные, книга 3-я — песни плясовые и скорые). Кашин, в составленном им сборнике, обнаружил полное незнание и непонимание свойств русских песен. Он без стеснения изменял тексты песен, чтобы придать им вид романсов, изменял обороты и окончания мелодий в видах гармонизации их во вкусе западноевропейской музыки и т. п.

В 1836—37 гг. А. Снегирев издал (в СПб.) сборник песен, с мелодиями И. Рупини «Русский певец и фортепианист». В том же духе составлен сборник «Избранные народные русские песни», собранные и переложенные для пения и фортепиано А. Гурилевым (Москва). В мелодиях нередко изменяются окончания, добавляются или вставляются фиоритуры, несвойственные духу русских песен, и т. п. Аккомпанемент — западноевропейский, с обычной последовательностью аккордов, с фигурациями, интерлюдиями и постлюдиями, не всегда подходящими к характеру мелодии.

Подобными же недостатками страдает сборник М. Бернарда «Песни русского народа для пения c фортепиано» (часть 1-я — песни протяжные и тихие; часть 2-я — песни скорые и плясовые; часть 3-я — песни хороводные и свадебные; часть 4-я — песни малороссийские). Строгой точности в записях текстов и мелодий здесь нет, самый выбор их не всегда удовлетворителен: попадаются песни совсем не народного происхождения. Многие песни перепечатаны из других сборников. К этому же разряду сборников принадлежит сборник «Русский певец. Собрание русских песен, аранжированных для пения с аккомпанементом на фортепиано А. Варламовым и вариациями на каждую песню, составленными В. Кажинским».

М. А. Балакирев. Сборник русских народных песен

Такой неудовлетворительный характер сборников народных песен не мог развивать любви к ним в нашем обществе, которое больше интересовалось западноевропейской музыкой. Это озабочивало лиц, действительно любивших и понимавших народную песню. На помощь делу явился М. А. Стахович, который хотя и не имел основательных познаний в музыке, тем не менее записывал песни с большой точностью и тщательностью. «Собрание русских народных песен М. А. Стаховича» (первая тетрадь вышла в 1851 г., другие три в 1852—54 гг.) имеет большое значение, несмотря на то, что фортепьянный аккомпанемент не может считаться удовлетворительным в смысле народности. Каждая из четырех тетрадей снабжена предисловием; в предисловии ко 2-й тетради впервые, кажется, затрагивается вопрос о татарских влияниях в русских песнях. Все песни записаны лично Стаховичем в Орловской, Воронежской и Тамбовской губерниях.

По примеру Стаховича музыканты-собиратели стали осмотрительнее относиться к мелодическим и гармоническим особенностям народной песни. В 1860 г. К. П. Вильбоа издал сборник песен (в виде приложения к журналу «Драматический сборник») «Русские народные песни, записанные под пение и аранжированные для одного голоса, с аккомпанементом фортепиано. Текст под редакцией Аполлона Григорьева». В предисловии он упоминает уже об особенных законах и свойствах русского хора, побуждавших его быть осторожным в аранжировке песен. Тот же Вильбоа издал «100 русских песен, записанных с народного напева» (СПб., 1860). Аккомпанементы его обыкновенные, не всегда удачные.

В 1866 г. вышел в свет «Сборник русских народных песен, составленный М. Балакиревым». Здесь впервые встречается полная точность записи мелодий и тщательный выбор самых песен. Песни снабжены фортепьянным аккомпанементом, но последний не может еще считаться образцом сопровождения народной песни: начала гармонизации народных песен стали вырабатываться позднее, и хотя их существование чувствовалось музыкантами, но впервые более или менее определенное выражение они получили в работах Мельгунова. Аккомпанементы г. Балакирева весьма музыкальны, изящны, но лишены, за некоторыми исключениями, духа русских песен; иногда они напоминают Шопена, Шумана и других западноевропейских мастеров. В числе 40 песен сборника находятся свадебные, хороводные, протяжные, бурлацкие и уличные. Тексты записаны не так, как поются, а, по-видимому, с пересказа.

В 60-х же годах появился сборник: «64 русские народные песни, составленные, на 4, на 3 или на 6 голосов, Н. Афанасьевым». Мелодии записаны здесь вообще точно и гармонизация к ним сделана довольно удачно и просто; обработка мелодий, по-видимому, рассчитана для школьного употребления. Между текстами попадаются иногда фабричные и лакейского производства. В 1876 г. Афанасьевым издан новый сборник: «Русские песни, переложенные с аккомпанементом фортепиано» (7 вып.). Сборник А. Рожнова: «Родные звуки, собрание народных напевов, аранжированных на 4 однородных голоса» (СПб., 1867), составлен с педагогическими целями; песни выбраны, поэтому, наиболее известные и в текстах допущены изменения и урезки.

Н. А. Римский-Корсаков. 100 русских народных песен

В 1870 г. появился в СПб. сборник П. Воротникова: «80 русских народных песен» (ч. I-я, свадебные и хороводные; часть II-я, скорые и плясовые; часть III-я, протяжные). Того же составителя — «Собрание русских песен», аранжированных на 4 голоса (сопрано, альт, тенор и бас) с аккомпанементом фортепиано или трио струнных инструментов. Эти сборники не самостоятельны; лишь некоторые песни записаны составителем. Текст и мелодии записаны тщательно; гармонизация сделана с известным искусством, но о народности ее гармонизатор не заботился.

Некоторый шаг вперед относительно гармонизации народных песен, в смысле уловления особенностей народного хорового пения, представляет вышедший в 1872 г. сборник «Песни для одного голоса с сопровождением фортепиано, собранные и переложенные Прокуниным» (под редакцией П. Чайковского). Всех песен в этом сборнике 65, из них 41 лирическая и 24 обрядовых; они записаны в двух селах Моршанского уезда — Сосновке и Кулеватове). Хотя аккомпанемент в сборнике обычно фортепьянный, несколько похожий на аккомпанемент сборника г. Балакирева, но известную ценность придают ему впервые введенные в сопровождение подголоски; в песнях 32-й, 37-й или 66-й мелодия записана с двух голосов, и здесь впервые в нашей литературе представлен образчик народного контрапункта. Недостатки сборника — включение в него, наряду с хорошими старинными песнями, новомодных, фабричных и изложение текста не так, как он поется, а с пересказа.

К 1875 г. относится появление «Сборника русских народных песен» Рубца (СПб., 25 песен). Текст местами подвергнут изменениям. Гармонизация в смысле народности не представляет интереса.

В 1877 г. издан Н. А. Римским-Корсаковым «Сборник русских народных песен»: часть 1-я — былины повествовательные, лирические и плясовые (40 №№), часть II-я — песни игровые и обрядные (60 №№). В состав сборника вошли песни, сообщенные собирателю композитором Мусоргским, П. П. Римским-Корсаковым, С. В. Римской-Корсаковой и др. Сам собиратель, кажется, вовсе не записывал песен непосредственно с пения народа. Текст приводится иногда отрывочно и записывался, по-видимому, не так, как он укладывается в пении. Точность записи мелодий несомненна, но аккомпанементы не представляют шага вперед в смысле приближения к народности. Приемы, обнаруженные в этом сборнике гармонизатором, значительно отличаются от тех прекрасных народных приемов сочинительства и гармонизации, какие мы встречаем в операх Н. А. Римского-Корсакова и в гармонизированных им песнях сборника Т. И. Филиппова.

В том же 1877 г. появился сборник «Народные песни Костромской, Вологодской, Новгородской, Нижегородской и Ярославской губерний, собранные и положенные на ноты Ф. Лаговским» (вып. 1-й, песни посиделочные, хороводные и плясовые, Череповец, 1877; 135 песен, с мелодиями, но без фортепьянного сопровождения). Между хорошими старинными песнями встречаются новомодные, фабричные. Тексты и мелодия записаны удовлетворительно.

Такой же местный характер имеет «Сборник русских народных песен. Записал с народного напева и переложил на один голос с аккомпанементом фортепиано Н. Абрамычев» (1879; 40 песен Вятской губернии, голосовых, хоровых, обрядных, игровых и плясовых). Записи сделаны добросовестно; интерес сборнику придает то обстоятельство, что значительная часть песен появилась здесь впервые. Фортепьянное сопровождение обычное, состоит иногда из мелодических фигураций, не подходящих к духу мелодии, и не чуждо западноевропейских гармонических и ритмических эффектов.

Событием большой важности в области собирания и изучения музыкальных особенностей русской народной песни было появление в 1879 г. сборника Ю. Н. Мельгунова «Русские народные песни непосредственно с голосов народа, записанные и с объяснениями изданные Ю. Н. Мельгуновым» (М., вып. I, 1879; вып. II, 1885).

Сборник снабжен предисловием, в котором высказывается новая точка зрения на народную песню и новый метод ее изучения. Труды Стаховича и Балакирева показали, как надо записывать народную мелодию; работа Мельгунова поставила на очередь вопрос, как надо гармонизовать народную песню. На выработку взглядов Мельгунова о гармонизации русских песен имели влияние труды немецких музыкальных теоретиков, особенно Вестфаля 5 и Эттингена 6 . Сущность точки зрения Мельгунова на русскую песню изложена выше.

Его сборник не свободен от недостатков: варианты напевов не всегда строго выбраны, не всегда естественно применяются в сопровождении; главная мелодия иногда затемняется ими; нижний или басовый голос получает нередко излишнее развитие или слишком низкое положение, что не свойственно народным песням; гармонизация страдает вообще тяжеловесностью, что, может быть, зависит от фортепьянных перелагателей, гг. Кленовского и Бларамберга; встречаются песни новейшего, модного сочинительства, в смешении со старинными.

В сборнике 45 песен, лирических и хороводных.

В 1882 г. вышел сборник Т. И. Филиппова «40 народных песен, собранных Т. И. Филипповым и гармонизованных Н. А. Римским-Корсаковым» (М. 1882). Этот сборник отличается хорошим выбором песен как со стороны текста, так и со стороны мелодии; в нем сохранены образчики некоторых старинных песен, совсем вышедших из народного обихода и переданных собирателю последним, так сказать, певцом их из народа (например, песни №№ 8 и 10).

Гармонизации г. Римского-Корсакова очень удачны: они соответствуют народному духу песен, нередко получают интересный контрапунктический характер, переходят в унисоны или октавы и вообще заключают в себе многие приемы народного голосоведения, в смысле музыкальности превосходя гармонизации Мельгунова. В состав этого сборника входят:

1) песни духовного содержания; 2) песни вроде былин; 3) одиночные песни; 4) хоровые песни; 5) хороводные песни и 6) песни плясовые.

Взгляды Мельгунова отразились на работах Н. Е. Пальчикова, который в 1888 г. издал сборник «Крестьянские песни, записанные в селе Николаевке, Мензелинского уезда Уфимской губернии» (СПб. 1888). Этот сборник, ценен, прежде всего, тем, что составлен лицом, прекрасно знающим местные условия жизни; он посвящен песням одной местности, одного села и может считаться образцом местных сборников.

В предисловии собиратель сообщает, как он постепенно, путем практики, приходил к сознанию, что полным выразителем исполнения песни (в Николаевке) можно признать только хор, а отдельные певцы поют только как бы элементы или части песни, напевы; песня вытекает из суммы напевов (как бы самостоятельных), без аккомпанемента. С этим мнением нельзя вполне согласиться; вернее, что песня составляется из главного напева и побочных.

В собрании вариантов песни г. Пальчиков видел полное представление о том хоровом исполнении, которое дает сам народ. Но его сводка вариантов — случайная, механическая: она делалась не во время хорового исполнения, а от отдельных певцов, и, будучи исполнена, является невозможным сочетанием звуков. Это — до крайности доведенный прием Мельгунова: последний пользовался вариантами, как материалом для самостоятельной обработки песен, Пальчиков же дает варианты в сыром виде, сводя их в одну нестройную массу.

Сборник Пальчикова заключает в себе 125 песен, разделенных, как это принято у крестьян села Николаевки, на:

1) весенние песни (вёшние), в том числе хороводные, троицкие и семицкие, 2) протяжные (проголосные), 3) свадебные, 4) величальные, 5) частые (скорые) и 6) святочные.

В духе приемов Мельгунова составлен также следующий по времени «Сборник русских народных лирических песен Н. М. Лопатина и В. П. Прокунина» (опыт систематического свода лирических песен, с объяснением вариантов со стороны бытового и художественного их содержания Н. М. Лопатина, с положением песен для голоса и фортепиано В. П. Прокунина, М., 1889).

В обширном введении г. Лопатин дает объяснение свойств и строения народной хоровой песни, принимает учение Мельгунова о системе подголосков в народном пении и предлагает различать вариации народных песен от вариантов: под первыми он разумеет несущественные, украшающие изменения основного напева, под вторыми — значительную переработку напева, в смысле изменения его строя или лада. Кроме того, г. Лопатин делает опыт свода лирических песен по их сюжетам.

Во 2-й части г. Прокунин дает опыт сопровождения песен в народном духе: он пользуется данными всех бывших до него опытов в этом направлении, и поэтому сопровождение его является значительно более удачным в смысле народности; приемы народного голосоведения усвоены им хорошо и часто ведут к своеобразным сочетаниям, хотя временами попадаются странные, сомнительные аккорды.

Всех песен — 105; некоторые из них гармонизированы очень удачно и звучат, особенно в отделе разбойничьих и тюремных, широко и могуче. Сопровождения этого сборника представляют большой шаг вперед сравнительно с первым сборником г. Прокунина 1872 г.

К числу достоинств сборника гг. Лопатина и Прокунина надо отнести расстановку слов некоторых песен по их напеву (в приложении), что появляется в наших песенных сборниках, кажется, впервые.

Г. О. Дютш. Ф. М. Истомин. Песни русского народа

Особое место в ряду сборников занимает небольшой, но ценный сборник «Крестьянские песни, записанные в Тамбовской губернии В. М. Орловым, при участии Е. П. Якубенко» (СПб., 1890; 18 протяжных, частых, хороводных и солдатских песен и причитаний невесты). Сборник важен тем, что дает народное, хоровое исполнение хорошо выбранных песен и народную к ним гармонизацию, записанную собирателем с пения крестьян. Он может служить, так сказать, справочным пособием при суждении о народности тех или других гармонических сочетаний и ходов.

В 1894 г. напечатан сборник «25 русских народных песен, собранных и положенных на 2 голоса А. Архангельским для школ и др. учебных заведений» (СПб.). Сборник составлен из песен отчасти записанных самим составителем, отчасти заимствованных из сборника Пальчикова. Гармонизация проста и сделана в народном духе: в ней преобладают двухголосие и унисоны, иногда встречается трехголосие. Тексты песен целиком расставлены по напевам.

Новую эпоху в истории собирания русских народных песен составляет организация Императорским географическим обществом, в связи с появлением сборника Мельгунова и по почину С. Я. Капустина и Т. И. Филиппова, экспедиций для собирания народных песен. В 1884 г. при обществе была организована песенная комиссия, выработавшая план действий для экспедиций. Первая экспедиция была послана в Архангельскую, Вологодскую и Олонецкую губернии, в составе музыканта Г. О. Дютша и Ф. М. Истомина. Результатом ее было появление в 1894 г. сборника «Песни русского народа».

Слова записаны Ф. М. Истоминым, напевы — Г. О. Дютшем. В состав сборника вошли:

1) духовные стихи, 10 №№; 2) былины, 14 №№; 3) причет свадебная, 5 №№; 4) песни свадебные, 24 №№; 5) песни хороводные и плясовые, 12 №№; 6) песни протяжные, в том числе любовные, семейные, рекрутские и солдатские и тюремные, 54 №№; всего 119 песен.

Ф. Истомин констатирует, что народная песня, особенно хороводная, на всем почти обследованном экспедицией пространстве находится в упадке, что сознается и самими крестьянами. «Повертушке далеко до досельной песни!» — говорят старики по поводу новых песен. Упадка не замечается, по наблюдениям г. Истомина, в области песни свадебной, причети свадебной и похоронной и эпической поэзии. Всего лучше, по мнению г. Истомина, путем более или менее продолжительного ознакомления с народом извлекать из народной песни то, что заслуживает особого внимания, и притом исподволь, не делая из этого пения по заказу.

При совершенно иных условиях пришлось действовать экспедиции: свой обширный объезд она должна была выполнить менее чем в три месяца; остановки в отдельных местностях могли быть лишь самые кратковременные. Такая спешность объезда обуславливается тем, что народная песня в наши дни быстро исчезает, а между тем намечена задача обследовать всю территорию Европейской России

В предисловии составителей приводятся народные термины, относящиеся к песенному делу. Мелодии записаны одноголосно, хотя из предисловия видно, что записывались они нередко при хоровом исполнении. Не все мелодии представляют интерес новизны. Изданы мелодии без сопровождения. Тексты записаны с соблюдением всех особенностей народного произношения и так, как они поются, а не с пересказа.

По инициативе великого князя Георгия Михайловича предпринято, под редакцией профессора Соболевского, издание великорусских песен, представляющее свод всех собранных и напечатанных где-либо до сей поры песен. Вышло до сих пор 4 тома (1895—98); песни издаются без мелодий.

В сборнике «Вечера пения Д. А. Славянского. Русские песни и песни южных и западных славян, собранные Д. А. Славянским и переложенные для одного голоса и хора О. X. Славянской» (М., 1889) переложения не всегда удачны, особого внимания на их народность не обращалось, в окончаниях песен допускаются обороты, по-видимому, не народные; иногда переложения выходят за рамки гармонизации песен и напоминают скорее сочинения на известную народную мелодию.

Сборник «XXV московских и подмосковных песен, собранных и гармонизованных графом В. С. Васильевым-Шиловским», представляет собой собрание только песенных мелодий, без текста, с гармонизацией. Последняя сделана бойко, не лишена гармонических эффектов, но совершенно не подходит к духу народных песен.

Упомянем еще о сборниках К. П. Галлера: «Сборник русских народных песен С.-Петербургской губернии» и «Рай детей. Сборник колыбельных песен, прибауток и русских народных песен» (СПб., 1886). Первый сборник ценен тем, что в нем многие песни впервые напечатаны и дают понятие о положении песни вблизи столицы. В отношении гармонизации оба сборника не имеют значения, ибо гармонизованы в обычном западноевропейском духе и без особенного искусства.

В «Сборнике солдатских, казацких и матросских песен» (СПб., 1876, 100 песен; в 1898 г. 16-е издание, 128 песен) выбор песен не всегда удачен; тексты изменены по псевдопедагогическим соображениям, гармонизация довольно рутинная.

В видах возможной полноты приведем еще несколько названий сборников великорусских песен.

Н. Артемьев: а) «Лучинушка», б) «Груня. Народная песня» (Юргенсон);

Бларамберг, «Русская песня с хором» (мужским);

П. Булахов, «Народные песни»;

М. Завадский: а) «Прощание казака», б) «Прогулялось, прожилось. Бурлацкая песня», в) «Запорожец»;

З. В., «Народные песни»;

С. А. Зайцев, «Сборник русских народных песен для детского возраста на 1 и на 2 голоса, с аккомпанементом фортепиано»;

его же, «Собрание русских народных песен, положенных на три голоса»;

А. Евгениев, «Русский певец. Сборник 20 народных песен, записанных с народного напева»;

Н. Кленовский, «Этнографический концерт. Сборник народных песен, русских и инородческих, переложенных для 1, 2 и 4 голосов с фортепиано»;

Лядов, две русские народные песни: «Рано цветик» и «Уж я сеяла ленок»; его же, «Возле речки, возле мосту», для хора с оркестром;

Пирани, «Народная песня»;

Поев, «Елка. Русская песня»;

Рубец, «60 русских и малороссийских народных песен, переложенных на 3 женских или мужских голоса»;

его же, «Одноголосные детские песни и подвижные игры с народными мелодиями», СПб., 1871;

Соколов, «17 русских песен на 4 мужских голоса»;

«41 русские народные песни для хора»;

«9 русских народных песен для 4 женских голосов»;

«14 русских народных песен для 3 однородных голосов»;

«Сборник 50 русских народных песен на 4 мужских голоса»;

«Сборник 40 русских и малороссийских народных песен для хора»;

Ф. Фохт, «Сборник детских одноголосных песен и хороводных игр, положенных преимущественно на народные мелодии, с аккомпанементом фортепиано» (СПб., 1873—74);

Н. Тивольский, «Гудок. Собрание любимых пьес, песен и танцев в легкой аранжировке» (есть, между прочим, и русские песни);

А. Богородицкий, «Школьное пение. Учебно-музыкальная хрестоматия для учащихся первых двух классов училищ» (М., 1875; есть, между прочим, русские песни, с неудовлетворительной гармонизацией);

Дольд и А. Фаминцын, «Баян. 150 одноголосных и двухголосных песен для детей младшего и среднего возрастов с напевами разных народностей» (СПб., 1886);

А. Фаминцын, «Русский детский песенник. Собрание песен с народными напевами»;

М. Мамонтова, «Десять песен для юношества. Гармонизация А. Лядова» (сделана с большим вкусом, М., 1881);

ее же, «Детские песни на русские и малороссийские напевы», под ред. П. И. Чайковского (М., 1872);

Гр. Маренич, «Трехголосные хоровые песни для школы. Классное пособие при обучении пению» (в III-м отделе — 43 народные песни);

А. Никулин, «Сборник песен, составленный для детей» (Вильно, 1870);

«Нравственные поучения в стихах, положенных на мотивы русских песен»;

А. В. и Вл. Ф. Железновы, «Сборник песен уральских казаков» (СПб., 1868; аккомпанементы А. А. Петрова);

А. Лядов, «10 русских народных песен» (переложение для женских голосов, 1899 г.; удачная гармонизация).

Много русских песен в «Цыганских песнях», изд. Юргенсоном.

СБОРНИКИ МАЛОРУССКИХ ПЕСЕН

«Украинские народные песни», изд. Михаилом Максимовичем (книга I — украинские думы; книга II — песни казацкие бытовые; книга III — песни казацкие бытовые, М., 1834);

«Голоса украинских песен, положенных на ноты для пения и фортепиано Алябьевым» (1834 г., изд. Максимовича);

Алябьев, «Сборник украинских песен» (Киев, 1849);

«Сборник малорусских песен Ходаковского», составленный в 30-х годах текущего столетия, изданный в 80-х годах малорусским этнографом В. П. Науменко;

«Малороссийские и Червонорусские народные думы и песни» (1836, Платона Лукашевича);

«Запорожская Старина» (издание Измаила Срезневского, 1833—38);

«Народные южнорусские песни» (издание Амвросия Метлинского, Киев, 1854);

«Песни, собранные Н. И. Костомаровым на Волыни» (в «Малорусском литературном сборнике» Мордовцева, Саратов, 1859);

Артемовский, «Народн. украинск. пiснi» (Федоров, Киев);

Дочевский, «Брови. Ой бида минi. Украiньска песня. Ой у поли»;

А. Едличко, «Собрание малороссийских народных песен для одного голоса с аккомпанементом фортепиано»;

В. Заремба, «Витре буйный», «Ой, умер старый батько», «На що мени чорни бровы»;

В. Кажинский — «№ 1. Ганзя. Чи е в свiтi молодиця, як та Ганзя белолица. № 2. Схилилыся дви березы. Казацкая песня. Думка: От росте дуб над водою»;

И. Калашников, «Настя. Казацкая песня», «Малороссийские песни»;

Лисенко, «Сборник украинских песен» (один из самых значительных сборников; гармонизация сделана вообще с талантом, нередко в народном духе);

Рубец, «216 народных украинских напевов. Сборник украинских народных песен» (гармонизации сделаны музыкально);

Соколов, «25 малороссийских народных песен, 20 аранжированных на полный хор, 5 — на 4 мужских голоса» (СПб. и М.; мелодии искажены, в гармонизациях недостает вкуса; собиратель подвел под песни русские слова);

М. Вовчок, «200 украинских песен, гармонизированных г. Мертке» (весьма изящное издание песен для одного голоса, с фортепиано);

Сборники Белорусских песен. Песенные сборники Яна Четота: «Piosnik wieśniacze z nad Niemna We dwòch częściach» (Вильно, 1837, 1839, 1844, 1845);

«Народные белорусские песни. Собраны Е. П.» (СПб., 1853);

«Белорусские песни с подробным объяснением их творчества и языка, с очерками народного обряда, обычая и всего быта» (издал Петр Бессонов, М., 1871);

Ив. Ив. Носович, «Белорусские песни» (1860);

«Белорусские песни, собранные П. В. Шейном» (СПб., 1874);

Дембовецкий, «Сборник белорусских песен»;

«Сборник малорусских и белорусских народных песен Гомельского уезда, записанных для голоса с аккомпанементом фортепиано Зинаидой Радченко» (вып. 1, СПб., 1881; первый опыт записывания белорусской песенной музыки);

Романов, «Белорусский сборник. Т. 1-й, губерния Могилевская, вып. 1-й и 2-й. Песни, пословицы, загадки» (Киев, 1886).

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. «Великорус в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах и т. п.» («Материалы, собранные и приведенные в порядок П. В. Штейном», СПб., 1898).

2. См. предисловие к его сборнику «40 русских народных песен, записанных Т. И. Филипповым и гармонизованных Н. А. Римским-Корсаковым» (М., 1882).

3. «Dissertations sur les antiquités de Russie», СПб., 1795.

4. «Песни русского народа» (ч. I—II, СПб., 1838; ч. III—V, СПб., 1839).

5. «Metrik der Griechen» (2 изд., 1867).

6. «Harmoniesystem in dualer Entwickelung» (Дерпт, 1866).

Источник: Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Санкт-Петербург, 1890—1907