Острожно, мошенничество? (Краткий сравнительный анализ ППВС РФ № 48 от 30.11.17 и ППВС №51 от 27.12.07)

В качестве преамбулы следует обьяснить, почему мы сравниваем оба постановления. Напомню всем, что акты толкования высшей судебной инстанции рассматриваются относительно исторического момента, поскольку в данном случае единообразие судебной практики, которому призвано служить Постановление, обеспечивает историческое толкование в том числе. Таким образом, если в ППВС что-то было, Но исчезло, это напрямую указывает правоприменителю, что Верховный суд требует от этой практики отказаться как от неверной.

Итак, первые две общие ремарки. 1) назвать постановление новым можно с большой натяжкой. Оно сохраняет примерно 70% старого текста, а дополнено преимущественно толкованиями дробных мошенничеств, которыми прирос УК. 2) Как говорит одна моя мудрая приятельница: «Лучше не стало, стало иначе». В данном случае это не совсем так. В новом ППВС (далее - ППВС № 48) в отличие от старого (далее - ППВС № 51) отсутствуют несколько очень значимых откровенно неудачных формулировок, открывавших шлюз к страшному произволу, а также просто кондовых ляпов в духе акций как документарных ценных бумаг на предъявителя (за последнее отдельное спасибо, потому что объяснять студентам, что это вообще понаписали такого, сил больше не было). Пленум, как обычно, обошёл вниманием сложные и высокотехнологичные актуальные вопросы: недвижимость и иные объекты, изменившиеся в регулировании в ГК, криптовалюту и прочие виртуальные штучки, финансовые инструменты, корпоративку, а также традиционно не справился с расчетными картами. Наверное, в нынешнем отставании уголовной юстиции от остальных сфер, это следует признать не худшим вариантом. Иначе мы рисковали бы получить какого-нибудь бессмысленного уродца.За отправную точку мы берём текст ППВС №48 и двигаемся по нему.

Весьма недурно подкорректировано договорное мошенничество (п.4 ППВС №48). Во-первых, приятно, что в признаки умысла на хищение включили не просто заведомое отсутствие реальной возможности исполнить обязательство, а указали «в соответствии с условиями договора». Ещё бы дописали «со всеми существенными», и было бы идеально, но дареному коню. Таким образом, это существенно конкретизирует целый ряд моментов в зависимости от сути сделки. Включено использование поддельных документов, удостоверяющих личность, что решает и так решённый вопрос с вклейками, но, как это бывает, слегка запутывает ситуацию с появлением лица похожего с настоящим паспортом, который впоследствии оказывается утраченным паспортом другого человека. Понятно, что это было и остаётся мошенничеством, но слабый разум сотрудников МВД «на земле» вполне может смутить. Убрали отсутствие необходимой лицензии и создание лжепредприятий, что относится, скорее, к разделу «перестали позориться». Самыми важными достижениями в области договорного мошенничества я считаю два обстоятельства. 1) В качестве признака умысла на хищение наконец-то включено распоряжение полученным имуществом в личных целях вопреки условиям договора. Наконец-то кредиты, наконец-то управленцы в юрлицах и прочий вывод денег в виде выплат себе любимому не будут путать наших доблестных правоохранителей. 2) Убрали эти проклятущие судебные решения. Право на имущество может быть приобретено путём введения в заблуждение ( и с момента принятия решения, соответственно) уполномоченного органа или лица, правоустанавливающего решения, читай в логике ППВС, решения органа исполнительной власти. Теперь не должно быть разночтений, поскольку относительно абз.2 п.4 ППВС № 51 судебного решения внутри этой фразы нет. И раньше все разумное человечество имело в виду т.н. «междусобойчики», но появилась ужасающая любого нормального юриста практика, когда мошенничество видели в получении судебного решения в споре, путём предоставления поддельного документа в суд, размывая границы между фальсификацией доказательств и хищением. Не буду объяснять очевидные вещи, что акт правосудия это волевой акт независимого органа, призванного урегулировать спор. Право на имущество там лицо получает законно на основании решения суда. Если же оно представляет поддельные документы в суд, то фальсификация и пересмотр, если таковой последует.Следующим важнейшим завоеванием в борьбе с идиотией можно считать абз.2 п.5 ППВС № 48, где моментом окончания мошенничества с безналичным переводом считается момент списания денег со счета владельца, а не зачисления на счёт злодея (абз. 3 п.12 ППВС № 51). Принципиальной разницы бы не было, тем более, что это всем известная разница между фактическим и юридическим окончанием, а мы все знаем, что время и место (а значит, подследственность и подсудность) определяются по деянию, да и КС раз 100 про это писал, но наша судебная система, идя на поводу у правоохранительных органов выработала совершенно порочную практику усылания дел, куда Макар телят не гонял, где находился счёт похитителя, оставляя дела по потерпевшему в виде известной оговорки в УПК про удобство расследования.Далее следуют пункты с очевидными толкованиями новелл. Наиболее интересным представляет толкование ч.4 ст. 159 УК РФ касаемо утраты права на жилое помещение, где подчеркивается понятная каждому образованному юристу мысль, что упомянутая часть содержит три различных состава, поэтому жилое помещение не обязательно должно оцениваться свыше миллиона. Формулировка п.10 оставляет желать лучшего, хотя мысль в нем понятна и проста - фиктивный договор аренды это лишение арендатора денег, а не права на жилое помещение. Однако по формулировке ППВС № 48 разницы с социальным наймом, например, не прослеживается. Совершенно излишним с учетом квалификации людей «на местах» представляется упоминание в данном ППВС ст.200.3 УК РФ Как минимум, следовало изменить акцент на «следует отграничивать».Интересны аспекты толкования предпринимательского мошенничества. Умысел здесь также, как и традиционно, до момента получения имущества или права на него, а не до заключения договора (это верно). При этом здесь подчёркнуто, что не имеет значения, каким образом виновный распорядился или планировал распорядиться имуществом (личные цели/предпринимательская деятельность). (П. 11 ППВС №48)Любопытная формулировка П.12 о привлечении денег под видном законной деятельности. Пленум указывает, что мы видим мошенничество, когда лицо такую деятельность фактически не осуществляло. Понимаем, что имеем дело с договорным мошенничеством, где по общему правилу толкование отлично. Там говорится об отсутствии намерения исполнить обязательства, например, в виде невозможности ее осуществить. Получается, что при привлечении средств граждан Пленум усложнил конструкцию. Однако по тексту неясно, должна ли быть организация в принципе фикцией или злоумышленниками считаем и тех, кто так и не приступил к обещанной деятельности.П.13 по кредитному мошенничеству так и не ответил нам на вопрос про лицо с доверенностью от физика ( но там и закон, прямо скажем, несовершенен) и кредитного брокера. Обман же четко сформулирован в предоставлении заведомо ложных сведений из групп, запрошенных банком в качестве условия получения кредита. По идее это должно слегка охладить рвение банков, которые сначала навыдавали кредитов по действительным, но неполным пакетам, пропустив их через кредитный комитет, а при невозврата дружно побежали писать заявления.П.14 справедливо указывает на очевидное - получение кредита по чужому документу в силу отсутствия реальных отношений не кредитное мошенничество, а основное. Кроме этого, правильно разграничили со ст. 176 УК РФ.По социальным выплатам следует обратить внимание на абз. 3 п. 15 ППВС № 48, что туда не входит. Вроде, все очевидно, но дела такие есть. П. 16 упоминает об умолчании о прекращении оснований для выплат, как виде обмана. Позанудствую, что обман это активные действия, а умолчание это злоупотребление доверием. Важное указание, что субъект тут общий.Далее следует ужастик про Карты. Весь мир начинает платить телефоном и чипами, Пленум, по-прежнему, «жжОт напалмом» про обман уполномоченного сотрудника торговой организации. Пропущу свою традиционную мантру про подпись, пин и проч., с точки зрения банка, одна и та же авторизация. Такое ощущение, что разработчикам постановления пищу и одежду звери и птицы приносят, а вместо заправки машины они на печи катаются. Иначе я никак не могу обьяснить, кому, что и кто объясняет при оплате картой в магазине, когда они клиентскую часть POS-терминала должны от себя отвернуть. Про обман путём умолчания о незаконном владении кредитной картой, что бы это ни означало, я помолчу. Умолчанию должна соответствовать обязанность сообщать что-либо. Так и представляю картину - подходишь к кассе в супермаркете и хорошо поставленным голосом артикулируешь: «Здравствуйте! Меня зовут (имярек - дальше спеллинг, как эмбоссировано). Я являюсь держателем данной карты с таким-то лимитом в такой-то валюте до такого-то года на основании такого-то договора с таким-то банком». А без сотрудника, по-прежнему, кража. Ещё кража, если держатель карты сам передал добровольно контрольную информацию. Таким образом, безналичные деньги как право-требование предмет кражи, как и было. Мышки плакали и кололись, но продолжали есть кактус. По картам - стабильный неуд.П.16 включил упоминания изготовления карт через ст. 187 УК РФ по аналогии с ч.1 ст. 327 УК РФ. В сбыте карт ( абз. 2 п.18), вероятно следовало бы уточнить «неосведомлённому лицу».По страхованию мне предварительно не нравится описание субъектного состава (абз. 2 п. 19), что требует более внимательного и подробного анализа.Компьютерные мошенничества. П. 20 дополнительно подчеркивает прямой умысел словом «целенаправленно», указывает на необходимость дополнительной квалификации по ст. 272, 273, 274.1 УК РФ. Хищение в сети Интернет тоже кража, если не путём взлома аккаунта, а списание денег не считается воздействием на программу и не требует квалификации, как компьютерные. Пленум оценил, наконец, «письма из Африки» и всякие сборы на голодающих белочек. Это основное мошенничество, а не ст. 159.6 УК РФ. (П. 21 ППВС № 48).П.27 с учетом новелл перечисляет, где субъект специальный. Остальные, что понятно, через ст.33 УК РФ. Не требует ее только орггруппа (п. 28).П.30 в оценку стоимости имущества помимо заключения эксперта включил и специалиста. Дано пояснение тем сложностям, которые они сами себе организовали с административной преюдицией, но не решили и половины проблем. Пояснили очевидное - как линейно толковать ст. 158.1 УК РФ.Наибольшую оторопь у меня лично вызвал п. 33 ППВС № 48 также новый, где сказано про малозначительность. Малозначительности по размеру быть не может, там минимальный размер есть из административного права, а тогда где она? В субъективной стороне? Так там мотив и цель обязательны. Малозначительная корысть? Мне непонятно.В качестве приметы времени убрали лотерейные билеты, а токены как новые летимационные знаки не включили.Собственно, вот и весь рывок в светлое завтра. Остальное осталось в старых формулировках.